— Hide menu

Твоё Седьмое Рождество

IMG_3978

 

— Скоро Рождество. Это значит, должно случиться чудо. Я предчувствую его. Оно где-то совсем рядом, — подумала она, проснувшись и разглядывая неспешный снег за окном. «Тик-так, тик-так, тик-так», — утопали в тишине комнаты звуки часов. День начался, пришла пора вставать. Ведь сегодня Рождество, а в этот день всегда столько приготовлений!

И вот девочка уже на пороге дома, собирается в библиотеку – взять книги на зимние каникулы. Ведь вот они наконец-то, каникулы, белоснежная пора, когда так хорошо вволю набегаться по двору, поиграть в снежки, покататься с горки, а потом побежать домой, с порога вдохнуть волшебный разлитый в теплом воздухе аромат хвои, налить чашку горячего чаю, сесть ближе к ёлке и рассматривать сверкающие игрушки. И так хорошо будет смотреть то на огоньки, то на их отблески на окне… Подойдет мама, заботливо наденет на ноги шерстяные колючие носки, и заберёт оставленные мокрые варежки, с которых уже успела накапать прозрачная вода. А потом мама вернётся в комнату, и начнёт рассказывать что-нибудь интересное. И от каждого предложения её рассказа будет становиться так тепло и хорошо, как будто сидишь с мешочком маленьких вкусных конфет и лакомишься по одной, зная, как их еще много…

Сколько раз уже видела она Рождество? Кажется, раз 5 или 6. А может, больше? Да разве это имеет значение, когда Рождество – оно на то и Рождество, что каждый раз – как обновление, воскрешение?… Но какое же это все-таки чудесное время. Интересно, что же будет лежать под ёлкой на этот раз? В прошлом году она сразу заметила ярко-синюю упаковку с голубыми снежинками. В тот раз она проснулась совсем рано, и ей не терпелось узнать скорее, что же там. А в синей коробке её ждал большой плюшевый снеговик, мягкий, в фиолетовом жилете и шапочке с помпончиком. Как полюбила она тогда этого снеговика! Столько радости увидела она в его лице, что кинулась обнимать маму, а мама только слегка смеялась, и всё повторяла: «Ангел всегда знает, что ждут дети. Не забывай обращаться к нему, доченька». И тихо гладила дочь по голове, со слегка уставшей улыбкой смотря в её восторженные глаза. Мама нежно гладила дочь по волосам, а девочка не замечала мозоли на её пальцах, какие появляются каждый раз, когда долго занимаешься шитьём…

— Скоро Рождество. Должно снова случиться чудо. Каким оно будет? И что такое чудо? Какое оно? Наверное, оно бродит по городу с волшебной палочкой, заглядывает в окна, смотрит на маленьких детей и решает, кому за хорошее поведение подарить снеговика. Или куклу. Или машинку. А что же достается тем, кто в чем-то провинился? Ведь не может же быть такого, что в этот большой праздник они остаются без подарка? Нет, конечно нет, – решает девочка. – Ведь мама рассказывала об ангелах, которые приносят подарки. Если их очень попросить, они простят и непременно принесут что-то очень радостное.

Много разных мыслей теснилось в её голове, пока она шла по улице. А вот и библиотека. Какая красивая нарядная елка возле входа. А какие красивые игрушки на ней! Да ведь
это ангелы, хрустальные ангелы с золотыми арфами. Наверное, как раз те, что приносят подарки. Ведь они, должно быть, и петь умеют? Проходит несколько минут, прежде чем девочка вспоминает о своем деле и открывается от елки. Ах да, книга. Как называлась книга? У нее какое-то очень уютное название, совсем как мамина рука в варежке, когда они вместе шагают с ней по вечернему городу. Диккенс. Чарльз Диккенс. Сверчок… «Сверчок за очагом»! Точно. Еще мгновение, и книга у неё в руках. Она долго рассматривает яркую обложку, такую красивую и интересную, с немного потрепанным и ставшим совсем мягким уголочком. А на обложке — нарядная гостиная, ёлка, дети, камин, а где-то за ним, уж конечно, притаился сверчок.

— Интересно, а в нашем доме тоже живет сверчок? Надо будет спросить у мамы. Ведь ему тоже нужен подарок… В Рождество подарки ждут все, даже сверчки…

Девочка торопливо шагала по улице, бережно держа в руках заветную книгу и представляя себе сверчка, маленького и непременно улыбающегося.

Она гуляла по городу, время от времени останавливаясь перед витринами магазинов и рассматривая сказочной красоты игрушки. А с витрин на её восхищенные взгляды смотрели забавные снеговики. И как им не скучно стоять здесь, когда за окном идет такой волшебный снег, – думает она. И с сожалением покачивает головой.

Долго петляли по пушистой дороге её маленькие шажки, то чаще, то реже. А снег всё шел и не думал кончаться, тихо-тихо заметая её следы. За ней проходили другие дети, так же, как и она, каждой клеточкой своей чувствующие в сердце своём ожидание праздника. Проходили следом за ней и взрослые, всеми силами души жаждущие отыскать в своих уставших душах хотя бы крошечный огонек, в котором жил бы тот самый свет Рождества, который много лет назад дарил им эту искреннюю красивую сказку, когда верилось в чудо, а Ангелы так проникновенно угадывали желания. Снег всё падал и заметал следы, будто желал скрыть от любопытного прохожего, куда же ведут следы тех, кто верит в чудо…

Долго бродила она по городу. Любуясь витринами и с любопытством изучая случайных прохожих. Вот идет старенький дедушка, с седой бородой и тросточкой. Уж он-то наверняка знает, как ангелы умеют угадывать желания. Спросить? Нет, ведь мама велела не разговаривать с незнакомыми. Но на вид он такой добрый. А дедушка добродушно улыбается девочке, видя ее распахнутые ясные глаза. И дарит ей конфетку.

— Дедушка, а вы знаете…, – начинает она.
— Что? Не слышу, – говорит дедушка, и вдруг взгляд его становится очень грустным, таким грустным, что кажется, будто он вместил в себя разочарование всех провинившихся под Рождество детей, просьбы которых ангелы не услышали, и так и не принесли подарки… Девочка пытается задать свой вопрос громче, на самое ухо дедушки, спросить, как же так ангелы… Но он не слышит, с печальной улыбкой протягивает девочке еще конфету и медленно продолжает свой путь. Она смотрит на его слегка нетвердую походку, сердце её колотится от волнения, но скоро она замечает на ветке что-то ярко-красное. Снегири! Конечно, снегири ведь всегда прилетают на Рождество. И мама говорила, что снегири – предвестники праздника, они прилетают, чтобы сказать нам: праздник уже в пути, пора готовить угощения и наряжать елку.

Она бредет дальше и сворачивает с бульвара к пруду, — вот ведь где сейчас особенно красиво! Поднимает глаза к небу и смотрит на снег. Снежные хлопья в свете фонарей. И кажется ей, что это не снег падает на землю, а она сама поднимается в небо. Навстречу снегу. Навстречу небу. Навстречу чуду, которое совсем уже рядом. Всё выше, выше, и вот она совсем невесомая и легкая, как облака. На её лице снова появляется улыбка. Но уже совсем не такая, как та, которой любовалась ее мама, когда подарила снеговика. И не такая, как была совсем недавно, когда седой старец угостил её конфетой. Эта совсем улыбка другая. Как будто затихшая, как птица, которая, воспевала безмятежность раннего утра в цветущем саду, но вдруг испугалась незнакомого резкого звука и, на миг замерев, стала петь тише… А она поднимается всё выше. Она шагает по облаками. Одна. С книгой Диккенса. Той самой книгой Диккенса с доброй красивой обложкой с потрепанным уголком. И теперь кажется ей, будто через облака видит она свой дом и людей, несущих ёлки, а город засыпает снег, украшая деревья и зовя ребят лепить снеговика, а в небе тем временем появляются звёзды, и город засыпает… Ещё несколько мгновений, обернувшихся чередой зим отрочества и юности, и кажется ей, что с облаков смотрит она на заснеженные дорожки и среди гуляющих видит девочку с книжкой в руках, и девочка та машет найденной еловой веточкой, и что-то с улыбкой кричит, а что – разгадать невозможно. Она вздыхает и произносит: «Миниатюрный город, на который развеселившиеся детишки трясут подушку. Да, да, именно так выглядит город, который засыпает белый снег, отсюда, сверху… Почему же мама никогда не рассказывала об этом? ведь это, должно быть, жутко интересно»

Не кончается снегопад, и вот уже голубыми искорками сверкает в свете ночных огней. Совсем скоро Рождество, скоро в окна домов ворвётся ветерок счастья, и все будут похожи на маленьких детей, распаковывающих свои подарки. Осталось всего несколько часов. Снова улица, бесчисленные лица и следы, голоса и заботы. Снова нарядные куклы на витринах магазинов и аромат горячего шоколада из на миг открывающихся дверей кафе. И снова предчувствия волшебства, которое совсем рядом…

Она сидит возле окна и смотрит на нескончаемый снег. Совсем как тогда. На её шестое или седьмое Рождество. В тот день она долго бродила по городу. А потом были каникулы, наполненные ароматом мандаринов и корицы, уютные зимние вечера возле ёлки и мелодичными звуками маленькой гармошки, которую принес Ангел…

Она смотрит на спящих детей и выходит на улицу. Прогуляться. Она не спеша идет вдоль улицы. До ее слуха доносится тонкая мелодия. Ну конечно, это «Tombe La Neige». Любимая мелодия её мамы. Именно её наигрывала она тогда, в то самое, седьмое Рождество, когда вечерами они сидели возле камина и разговаривали о сверчке, охраняющем семейный очаг. Мама играла медленно, с неизменной застенчивой улыбкой на лице, и в самом конце мелодии на глазах её отчего-то выступали слёзы. От тепла камина, говорила она. А ещё мама говорила, что люди зря не любят зиму за холод, ведь только зимой можно им наслаждаться в полной мере, сидя вот так, в кругу близких, возле камина. И вот, «Tombe La Neige» на заснеженной площади городка. А вот и музыкант. Старенький дедушка, очень на кого-то похожий… Она недвижимо смотрит на него, пытаясь вспомнить кого-то или что-то. А рядом с веселыми криками пробегают дети. Они играют в снежки, их восторгу нет предела… Она смотрит на небо и падающий снег. Снежинки аккуратно падают на лицо и тают. Они попадают в глаза. Она опускает лицо и по разрумянившейся щеке её стекает тонкая струйка то ли слезы то ли растаявшего снега.

Последние аккорды музыки растворяются посреди заснеженной улицы. Ей снова кажется, что её подхватил воздух и уносит навстречу небу и снегу. Туда, откуда на нас смотрят ангелы и готовят свои подарки. Туда, откуда приходит в наши сердца сладкая щемящая боль ностальгии. Туда, откуда, словно метель искрящихся снежинок, струится в наш мир прощение и любовь. Туда, где каждое новое Рождество кажется тебе тем самым – шестым или седьмым по счёту праздником, когда, в нерукотворном волшебстве времени твоего сердца касается вдруг что-то незнакомое, бесконечно манящее вперёд, как огоньки из окон родного дома, увиденные издалека. Что-то, напоминающее вкус горького шоколада. Что-то, стучащееся в сердце прохладой, когда в глазах поющих праздничные песни родных ты, совсем еще не смышленый ребёнок, замечаешь почему-то слёзы. Но на твой вопрос – почему же слёзы? – тебе, конечно же, не отвечают, а только крепче обнимают мамины руки, успокаивая твою не окрепшую душу, и отдавая право ответа на твой непростой вопрос времени, которое постучится к тебе именно тогда, когда будет нужно.

 

Музыка:
https://music.yandex.ru/album/1686522/track/15425592
https://music.yandex.ru/album/1686522/track/15425598
https://music.yandex.ru/album/1686522/track/15425599
https://music.yandex.ru/album/1142050/track/10553581

Поделиться в социальных сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий